Когда тело считает удары собственного сердца: почему наши способы измерять интероцепцию рассыпаются при проверке
- У 48 здоровых взрослых две поведенческие меры сердечной интероцепции – отстукивание и подсчёт ударов сердца – согласовались между собой, тогда как различение сердечного ритма не коррелировало ни с одной из них; следовательно, три «интероцептивные» пробы не измеряют единую способность.
- Ни один из показателей поведенческой точности не предсказывал амплитуду вызванного сердцебиением потенциала (ВСП) – корковой реакции на электроэнцефалограмме, привязанной к каждому удару сердца и принимаемой за нейрофизиологический признак интероцепции.
- Амплитуда ВСП не различалась у людей с высокими и низкими поведенческими показателями и не возрастала при сосредоточенном внимании к сердцу по сравнению с обычным покоем – корковый маркёр изменялся независимо от измеренного «навыка».
- Амплитуда ВСП оказалась ниже при различении ритма, чем при подсчёте ударов, что говорит о зависимости корковой реакции от условий задачи, а не от устойчивой интероцептивной черты.
Интероцепция – считывание мозгом сигналов из внутренней среды тела – превратилась в один из самых востребованных конструктов клинической психологии. Притуплённую или искажённую интероцепцию привлекают для объяснения панических состояний, деперсонализации, расстройств пищевого поведения, алекситимии и той эмоциональной уплощённости, которую призваны исправлять вмешательства на основе осознанности. Почти все эти построения опираются на узкий набор сердечных проб и на единственный электрофизиологический показатель – вызванный сердцебиением потенциал. Исследователи из Национального медицинского исследовательского центра терапии и профилактической медицины и Высшей школы экономики в Москве сделали то, что в литературе встречается редко: провели три поведенческие пробы кардиоцепции и зарегистрировали ВСП у одних и тех же сорока восьми добровольцев, после чего проверили, сходятся ли эти меры.
В значительной степени не сходятся. Отстукивание и подсчёт ударов сердца согласовались между собой по большинству способов оценивания, что обнадёживает, но и не удивляет: обе пробы вознаграждают того, кто оценивает частоту сердечных сокращений по общему возбуждению, а не по ощущению отдельных ударов. Различение ритма – суждение о том, совпадает ли звуковой сигнал с пульсом, – стояло особняком и не коррелировало ни с чем. Если бы пробы отражали единую интероцептивную способность, они должны были бы изменяться согласованно. Их расхождение означает, что привычно называемая «интероцептивной точностью» величина отчасти определяется тем, какую именно пробу использовали.
Более острый результат касается нейрофизиологического маркёра. В этой области большую амплитуду ВСП принято читать как более выраженное корковое представительство сердечных сигналов, а различия ВСП сообщают при тревоге, депрессии и в работах по медитации так, будто потенциал отражает устойчивую черту. Здесь ВСП повёл себя иначе. Он не разделял успешных и неуспешных участников ни в одной пробе, не возрастал при сосредоточенном внимании к сердцебиению по сравнению с покоем и изменялся в зависимости от конкретной задачи. Маркёр, который колеблется вслед за сиюминутными условиями пробы, но не за измеренной способностью, трудно толковать как фиксированную характеристику человека.
Для практикующего специалиста предостережение конкретно. Формулировки на основе интероцепции и довод о телесной осознанности, лежащий в основе созерцательных вмешательств, научно правдоподобны, однако предназначенные для их операционализации инструменты зашумлённее и менее взаимозаменяемы, чем подразумевает их рутинное применение. Показатель пациента в одной сердечной пробе не даёт права на суждения о его интероцепции в целом, а результат по ВСП из одной процедуры может не переноситься на другую. Работа с телесной осознанностью сохраняет смысл; измерительный каркас под нею следует читать с уместной осторожностью.
Почему сердцебиение стало любимым сигналом психологии
Сердце удобно: оно бьётся непрерывно, даёт чистую электрическую запись и порождает корковую реакцию, которую можно усреднить из электроэнцефалограммы. Это удобство объясняет, почему сердечная интероцепция стала господствующим рабочим определением куда более широкого конструкта, – хотя кишечник, лёгкие и сосудистое русло могут нести интероцептивную информацию, которой сердечные пробы вовсе не касаются.
Что означает несостоявшееся схождение мер для теории
Когда несколько мер одной предполагаемой способности не коррелируют, более чистым выводом нередко оказывается, что эта способность никогда и не была единой. Интероцепция может представлять собой семейство отчасти независимых процессов – обнаружения, внимания, убеждения, метапознания, – которое ни один сердечный показатель не способен свести воедино. Для клинициста это значит, что опираться на единственную пробу или единственный нейрофизиологический индекс при оценке телесной осознанности пациента преждевременно, а выводы о «нарушенной интероцепции» требуют подтверждения несколькими сходящимися методами.
Нейрофизиологический маркёр, который смещается вслед за стоящей перед участником задачей, но не за тем, насколько хорошо он с ней справляется, трудно отстаивать как устойчивую черту личности.
единственная выборка из 48 здоровых молодых взрослых (средний возраст 36 лет), поэтому результаты могут не распространяться на клинические группы и пожилых; поперечный план без данных о ретестовой надёжности; рассматривалась только сердечная интероцепция, без оценки дыхательного и желудочного каналов; отсутствие связей с ВСП может отчасти отражать ограниченную статистическую мощность, а не подлинное отсутствие эффекта.